Оно и понятно – коллекторы, представляющие из себя коммерческие организации, по определению не могут обладать тем перечнем полномочий, которыми наделяет свои структуры государство.

Однако наступивший кризис внес в данное сотрудничество свои коррективы.

Рассмотрим три государственные структуры, с которыми наиболее часто приходится сталкиваться коллекторам.

1. правоохранительные органы.

С кризом объем дел правоохранительных органов возрос в разы, что, в свою очередь не самым лучшим образом сказывается на ситуации в целом. Не злоупотреблявшие ранее вниманием силовиков коллекторы стали все чаще прибегать к их помощи, заваливая заявлениями с просьбами провести проверку в отношении того или иного юридического лица.

Интересным является тот факт, что если до кризиса предложение коллекторов обратиться в правоохранительные органы воспринималось клиентами, мягко говоря, без энтузиазма, то в последнее время  наблюдается совершенно противоположная тенденция: пугливые ранее кредиторы все чаще обращаются в правоохранительные органы самостоятельно.

Разумеется, такой наплыв жалоб имеет свои последствия: если еще год назад при обращении у коллекторов была уверенность, что проверка в отношении должника все-таки будет проведена, то сейчас подобные заявления воспринимаются крайне негативно – как правило, оперуполномоченные отделываются отписками с рекомендациями обратиться в суд.

К сожалению, в некоторых ситуациях суд не может помочь. Как правило, данные обращения касаются либо ликвидированных предприятий, либо проданных и т.п., то есть предприятий, взыскание с которых невозможно.

Недобросовестные организации используют сложившуюся ситуацию в своих целях, отыскивая лазейки в законе для ухода от ответственности. Порядочных должников, ставших таковыми в силу обстоятельств, становится все меньше, и, как правило, большинство таковых находится не в Москве.

2. арбитражные суды.

Статистика обращений  арбитражного суда г. Москвы с приходом кризиса указывает на неуклонный рост обращений: за  2009 год в суд поступило 177 067 исковых заявлений, что на 80 591 больше, чем за тот же период 2008 года (96 476).  Только за один год показатель принятых к рассмотрению заявлений увеличился почти в два раза.

Последствия  этого роста не заставили себя ждать: стали нарушаться сроки рассмотрения дел.

Например, в арбитражном суде г. Москвы в 2009 году с нарушением сроков рассмотрено 3 054 дела, что составляет 1,9 % от общего числа разрешенных.  До кризиса московский арбитраж старался сроков держаться.

Еще одна наметившаяся тенденция перегрузки суда – заявления стараются не принимать под любыми удобоваримыми предлогами, оттягивая момент принятия заявления.

Но, если заявление все же принимается, то кредитор может столкнуться с другой неожиданностью: суммы неустойки, суммы за пользование чужими средствами и суммы оплаты услуг представительства и т.п. судья может снизить по своему усмотрению. Причем данное снижение может в разы уменьшить первоначальную ожидаемую к получению сумму.

Должник же в подобной ситуации начинает убеждаться в собственной безнаказанности: попользовался чужими деньгами, извлек свою выгоду, а то, что отдал через год – суд мало волнует.

3. служба судебных приставов.

Что касается данной структуры, то, как и в ситуации с предыдущими организациями, работы у них прибавилось: в 2009 году  в ФССП России находилось около 44,3 млн. исполнительных производств, что на 23,2% больше, чем в 2008 году.

Служебная нагрузка одного судебного пристава-исполнителя возросла с 1 439 до 1 706 исполнительных производств.

Естественно, что при таком объеме дел выдержать сроки по вынесению постановлений  о возбуждении исполнительного производства весьма затруднительно. Иногда, разница между вынесением  постановления приставом и его получением взыскателем и должником проходит не один месяц. Естественно, подобное положение дел только на руку должнику.

Еще  одной сложностью, с которой приходится сталкиваться взыскателям при взаимодействии с  приставами – злоупотребление полномочиями.

Наибольшее распространение получили случаи присваивания средств, случаи не принятия мер по установлению и розыску имущества должников, фальсификация актов исполнительных действий о невозможности взыскания с должника имущества, на которое может быть обращено взыскание, фальсификация постановления об окончании исполнительного производства, внесение  ложных сведения об отсутствии у должников имущества, подлежащего взысканию.

Конечно, не всегда государственные органы действуют вразрез с интересами взыскателей по собственной воле. Зачастую, они, так же как и коммерческие структуры, вынуждены подчиняться законодательным актам и предписаниям, поневоле вставая на защиту нарушителя закона, то есть должника.

4. налоговый орган

С налоговым органом коллекторам приходится взаимодействовать в случаях получения необходимой информации о должнике. Так в рамках исполнительного производства коллекторы обращаются в налоговые органы за информацией о расчетных счетах должника.

Однако, зачастую, налоговый орган (и такова практика в регионах России довольно частая) отказывает в предоставлении таких сведений. Свой отказ он мотивирует тем, что данные сведения  являются информацией, доступ к которой ограничен законом о государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей.

Такой отказ является незаконным.

Согласно п. 8 ст. 69 ФЗ «Об исполнительном производстве» взыскатель при наличии у него исполнительного листа с неистекшим сроком предъявления к исполнению вправе обратиться в налоговый орган с заявлением о представлении сведений о банковских счетах должника. 

Данную позицию разъяснил Департамент налоговой и таможенно-тарифной политики Министерства финансов РФ в письме от 26.11.2008 года № 03-02-07/2-2007 и  указал, что налоговым органам при представлении таких сведений указанным лицам следует руководствоваться нормами п. п. 8 и 9 ст. 69 данного Федерального закона.

Незаконно отказывая в предоставлении информации, налоговый орган «крадет» у коллектора время, необходимое ему для  оперативного взыскания долга.